Обсуждается, не вколоть ли ему адреналин. Во время переходного периода близкие к президенту Рейгану люди в частных беседах деликатно намекали мне на то, что их шеф выказывает все более тяжелые признаки старения. (Через несколько недель ему должно было исполниться семьдесят восемь лет.) Министерство обороны не так давно разработало план на случай непредвиденных обстоятельств, по собственной двусмысленной формулировке сотрудников, план "непрерывной командной цепи". Мои мысли сразу же завертелись, но не вокруг наших эмоций по отношению к происходящему, а вокруг 120 000 зрителей, приглашенных VIP, прессы, агентов безопасности, воздушных диспетчеров (мне удалось договориться насчет отмены взлетов и посадок в Национальном аэропорту во время инаугурационной речи президента) и всех остальных, кто ждал начала церемонии, грозившей превратиться в кошмар. - Вы говорили с ним? - Говорил, - ответил вновь избранный президент. - Он сказал, что у него болит спина, что он устал, что на улице холодно и что сегодня ему не хочется никуда двигаться. - А-а-а... - выдохнул я, не зная, какие подобрать слова. - Он был очень мил. И даже сказал, мол, он надеется, что не причиняет мне неудобств. - Понятно. А он не сказал, когда ему захочется выйти отсюда? - Сказал. Весной. - Весной... Несколько недель у меня ушло на составление плана инаугурационных торжеств. Я продумал все, включая вывоз 2800 фунтов лошадиного навоза,- неизбежной неприятности во время парада. Но такое мне не приходило в голову. Миссис Рейган и Джим Нотт, полномочный начальник штаба президента Рейгана, находились в Овальном кабинете и пытались уговорить президента одеться. В это утро он не желал вылезать из пижамы. Вновь избранный президент Такер повернулся к собравшимся и тихо произнес: - Господа, наверное, нам придется обсудить сложившиеся обстоятельства без свидетелей. Почему бы нам не перейти в зал совещаний? Пока мы все спускались на первый этаж в Западном крыле здания, министр обороны Р. Ганнибал Баудитч пробормотал себе под нос, но довольно громко: - Раскомандовался, будто он уже президент. "Отлично",- подумал я. Переходный период оказался нелегким. Восемь человек, представители Рейгана и Такера, заняли места вокруг гладкого белого стола из ясеня. Здесь всегда возникало ощущение, будто находишься в банковском подвале. Шипящий звук, исходивший от пола, защищал зал от прослушиваний. Каждый раз, когда открывалась дверь, загоралось красное табло: СОСТОЯНИЕ ПОМЕЩЕНИЯ: ОТСУТСТВИЕ ОХРАНЫ ТАЙНЫ ПЕРЕГОВОРОВ. Перед нами стояли семь телефонных аппаратов, шесть белых и один красный. "Спокойно, Вадлоу",- сказал я себе.
... И вот тогда, из самых недр земли раздался глухой и зловещий грохот. Земля содрогнулась. Задрожали скалы. Огромные массы разбитых скал, сорвавшись с горных вершин, с шумом падали вниз. Ну вскочил на ноги и тут же рухнул наземь, оглушенный и лишившийся чувств. Вокруг была непроглядная тьма. Никакой свет не проникал в пещеру снаружи. Страшный грохот продолжался всего несколько минут, в течение которых вздымалась поверхность земли. Наконец все стихло — истощив силы, планета успокоилась. Ну лежал без сознания на том самом месте, где упал.
Глава 2. НАЗАД В КАМЕННЫЙ ВЕК
Когда Нат-ул проснулась, было уже утро. Солнечные лучи освещали пещеру, в которой она лежала на груде мягких меховых шкур. Возле нее спала женщина, старше ее годами, но все еще прекрасная собою. Прямо перед ними, у самого входа в пещеру, лежали двое мужчин. Один из них был Тха, ее отец, другой — ее брат Ахт. Женщина была матерью Нат-ул, Лу-тан. Сейчас она тоже открыла глаза и, потягиваясь, подняла над головой свои обнаженные загорелые руки. Заметив, что дочь проснулась, Лу-тан величественным движением тигрицы, воплощающим отменное здоровье и изящество, повернулась к ней, и лицо ее озарилось улыбкой, обнажившей ряд крепких, белоснежных зубов. Девушка тоже улыбнулась в ответ. — Как я рада, что опять светло, — произнесла она. — Вчерашнее землетрясение так напугало меня, что всю ночь мне снились ужасные сны. При этом воспоминании Нат-ул поежилась. Тха тоже открыл глаза и поглядел на обеих женщин. — Мне тоже приснился сон, — сказал он. — Мне снилось, будто земля опять содрогалась, скалы рушились, и Беспокойное море затопило и их, и наши жилища. На этом месте нельзя больше жить. После трапезы я пойду говорить с Ну о том, что надо искать новые пещеры в других землях. Нат-ул поднялась и, пройдя между мужчин, подошла к выступу у самого входа в пещеру. Глазам ее открылась картина, хорошо знакомая и поразительно новая одновременно. Прямо под ней находилась открытая площадка у подножия скалы, по которой были разбросаны бесплодные валуны. Лишь небольшой прямоугольный кусок ее был расчищен от камней. Дальше тянулась узкая полоска тропических зарослей...
