Она может заставить глаза делать две разные вещи один вращается по часовой стрелке а другой против или может вывалить ..
Я начал было опускать стекло, собираясь обругать мальчишку, но под осуждающими взглядами женщин, дружно устремленными на меня, смешался и отказался от своего намерения...
Они стреляли так часто. Нужно повернуть голову и посмотреть. Теперь это сделать удобнее, потому что еще тогда, когда я, очнувшись, видел травку и муравья, п..
Да, есть у меня рассказик о том, как папа римский беседует с телеведущей Опрой, надеясь привлечь внимание мирян к своей книге, но едва ли этот грех столь ужасен, чтобы отлучить меня от церкви. Есть еще рассказ о том, как я, доморощенный агностик, устраивал для своей семилетней дочки частную воскресную школу, рассказывал ей об иудейско-христианских традициях, усвоив которые всякий нормальный человек захлопнет дверь перед носом настырных сестер и братьев из секты "Свидетели Иеговы". Этот рассказ получил колоссальный отклик, но совсем не тот, о котором я мечтал. Он был опубликован в приложении воскресной газеты с тиражом в сорок миллионов. Это был ослепительный миг (всего миг!) славы - количество моих читателей почти сравнялось с количеством читателей Джона Гришема. Однако все эти читатели дружно меня ненавидели. Несколько месяцев почта забрасывала меня молитвенниками, томиками Библии, гневными письмами, авторы которых умоляли раскаяться, иначе мне придется вечно гореть в аду. По-моему, мера слишком суровая, я только хотел доказать, что детям совсем нелишне знать, кто такие Моисей и Иисус Христос. Ладно, оправдания оправданиями, а дело так и не сдвинулось с мертвой точки - названия все не было. И вот на повестке дня возник призыв "Расслабься с нами". И снова мне придется кратенько изложить предысторию. Вдохновили меня на столь игривый тон заголовки, напоминающие о приближении Нового года, я как раз тогда сочинял рождественский опус для газеты "Нью-Йоркер". Жена моя тут же заявила, что если я только посмею так назвать новую книгу, она подаст на развод. А потом я и сам сообразил, что родителям вряд ли понравится, если я посвящу им книгу, название которой - лозунг из рекламного ролика популярного слабительного. Карпу эта двусмысленность как раз понравилась, но его юмор не всякому по вкусу, крепковат. Потому мы с ним и сработались. Пришлось вернуться к более пристойным вариантам. "Капкан для окуня". Тут тоже без объяснений не обойтись. Этот рассказ - пародия на аннотации книг для заядлых рыбаков, которые ловят на муху. Одна из этих придуманных мной книг называлась "Капкан для окуня". Профессор Вермонтского университета, признающий в качестве наживки только мух, яростно полемизирует с рыболовами (и рыболовками), предпочитающими устраивать "облавы" на окуня. Через два дня после публикации в "Нью-Йоркере" в редакцию этого журнала стали названивать разочарованные читатели, тщетно искавшие эту книгу в магазинах. Один любитель-рыболов даже поехал в Вермонтский университет, ему захотелось потолковать с автором "Капкана для окуня", и очень рассердился, узнав, что этот профессор у них не преподает.
... Со всеми он знаком, везде ему есть дело, Все помнит, знает все, в заботе целый век, Был бит не раз, с безбожником - безбожник, С святошей - езуит, меж нами - злой картежник, А с честными людьми - пречестный человек. Короче, ты его полюбишь, я уверен.
Арбенин
Портрет хорош, - оригинал-то скверен! Ну, а вон тот высокий и в усах, И нарумяненный вдобавок? Конечно, житель модных лавок, Любезник отставной и был в чужих краях? Конечно, он герой не в деле И мастерски стреляет в цель?
Казарин
Почти... он из полка был выгнан за дуэль Или за то, что не был на дуэли. Боялся быть убийцей - да и мать К тому ж строга, - потом, лет через пять, Был вызван он опять И тут дрался уж в самом деле.
Арбенин
А этот маленький каков? Растрепанный, с улыбкой откровенной, С крестом и табакеркою?..
Казарин
Трутов... О, малый он неоцененный: Семь лет он в Грузии служил, Иль послан был с каким-то генералом, Из-за угла кого-то там хватил, Пять лет сидел он под началом И крест на шею получил.
Арбенин
Да вы разборчивы на новые знакомства!
Игроки (кричат)
Казарин, Афанасий Павлович, сюда! Казарин
Иду. (С притворным участием.) Пример ужасный вероломства! Ха, ха, ха, ха!
1-й понтер
Скорей.
Казарин
Какая там беда?
Живой разговор между игроками, потом успокаиваются. Арбенин замечает князя Звездича и подходит.
Арбенин
Князь, как вы здесь? ужель не в первый раз?
Князь (недовольно)
Я то же самое хотел спросить у вас.
Арбенин
Я ваш ответ предупрежду, пожалуй: Я здесь давно знаком; и часто здесь, бывало, Смотрел с волнением немым, Как колесо вертелось счастья. Один был вознесен, другой раздавлен им, Я не завидовал, но и не знал участья: Видал я много юношей, надежд И чувства полных, счастливых невежд В науке жизни... пламенных душою, Которых прежде цель была одна любовь...
