.. Какой будем пить мартини? Буш: Очень сухой, с фруктами и льдом. Клинтон: А. мне лучше бы пива, спасибо. Буш: Bay! Да ну его, этого вашего Миллера [Имеется в виду пиво "Миллер"]. А я-то думал, мы пропустим сегодня стаканчик-другой мартини. Клинтон: Я вырос в городе под названием Хоуп, там пили кукурузный ликер. Джин водился только в сельских клубах. Буш: Лично я не стал бы начинать с сельских клубов... если бы меня так мордовали за членство в одном прорасистском клубе, "только для белых". Понимаете, на что я намекаю? Хе-хе-хе. Клинтон: Я никогда не был его членом. Ну да, возможно, сыграл пару раз в гольф с некоторыми бизнесменами, чтобы немного их расшевелить и настропалить. Без трастовых компаний нам не справиться с инвестированием в местные инфраструктуры, сами понимаете... Брокоу: Как вам приготовить мартини, губернатор? Клинтон: В пивном стакане. Оливки - отдельно. У вас есть орешки или соленые крекеры? Буш: Что за дела? Решили заодно подкрепиться? Клинтон: Знаешь, Том, я даже под градусом руковожу лучше, чем он - трезвый. Впрочем, я еще никогда крепко не напивался. Буш: Замнем эту щекотливую тему. Впрочем, я даже рад, что речь зашла об орешках. Думаю, каждый гражданин нашей чудесной страны хорошо помнит мистера Орешка[Намек на президента Джеймса Картера, который после смерти отца некоторое время занимался оптовой торговлей арахисом - семейным бизнесом] с Великих равнин, конечно, больших высот он не достиг[Картеру так и не удалось реформировать налоговую систему, его попытки сократить потребление нефти лишь усилили энергетический кризис, резкому падению популярности способствовала и неудачная попытка освободить американских заложников в Иране], ну а что вы хотели от земляного ореха? Брокоу: Это ваше кредо, сэр? Буш: Безусловно. Ммм. Я бы выпил еще. Только мне поменьше вермута и побольше джина. Клинтон: Спасибо, Том. Во-первых, мы с Альбертом Гором[Гор Альберт- будущий вице-президент в администрации Клинтона] убеждены, что для теперешней Демократической партии - партии неонового курса - пришла пора менее резких, то есть смешанных, напитков. Поэтому выпью-ка и я еще стаканчик. Во-вторых, мне очень приятно общаться со столь масштабно мыслящим коллегой, истинным знатоком географии и биологии, который так ярко и самобытно охарактеризовал одну из наших основных сельскохозяйственных культур. Ну, и в-третьих, можно мне еще оливок? Кстати, в Арканзасе мы энергично сотрудничаем с садовыми обществами - боремся с вырубками оливковых лесов. Буш: Вот спасибо. Ммм. Так гораздо вкуснее. Можно бы и покре... то есть посуше, но и так нормально.
... Но им-то ни к чему искать разоблачений, верно? Они-то ведь выглядят прямо героями, они ведь гордятся тем, что каждый из них может проследить свою генеалогию вплоть до самого Ковчега. Они были избранными, они все перенесли, они уцелели; для них довольно естественно сглаживать неловкости, демонстрировать удобную забывчивость. Но меня в этом смысле ничто не сдерживает. Я не был избранным. Собственно говоря, вместе с несколькими другими видами я никак не мог очутиться в числе избранных. Я был, так сказать, безбилетником; я тоже уцелел; я ускользнул оттуда (покинуть корабль было не легче, чем попасть на него); и я преуспел в жизни. Я стою немного особняком от остальной звериной братии, где еще сохраняются ностальгические союзы: есть даже Клуб Морских Волков, объединяющий виды, которые ни разу не страдали от качки. Когда я вспоминаю наше Путешествие, я не чувствую себя обязанным никому; благодарность не застит Мне глаза. Моему отчету вы можете верить. Думаю, вы уже догадались, что "Ковчег" был больше чем одним кораблем? Это название мы дали целой флотилии (ведь нельзя же рассчитывать втиснуть весь животный мир на единственное судно длиною в каких-нибудь триста локтей). Дождь шел сорок дней и сорок ночей? Да конечно же, нет -- это было бы не дольше самого обыкновенного английского лета. По моей прикидке, дождь шел года полтора. А вода стояла на земле сто пятьдесят дней? Подымай выше -- лет до четырех. И так далее. Представители вашего вида никогда не умели правильно оценивать сроки. Я приписываю это вашей непонятной одержимости числами, кратными семи. Вначале Ковчег состоял из восьми судов: галеона Ноя, который тащил на буксире судно с припасами, четырех кораблей поменьше -- их капитанами были Ноевы сыновья -- и шедшего на безопасном расстоянии (поскольку члены этой семьи очень боялись заразы) санитарного корабля...
