Гегелева апофтегма **** достигает своей истинной формы и принимает такой вид: логическое эвольвирует ***** в природу, а приро..
Сегодня она будет искать меня в яме, чтобы проклинать всю ночь, а меня нет. (Ест.) Собаки, все собаки. Она тоже слепая. Какую гадость ты мне даешь, я не стану этого есть! Другим то же дают?..
Георгиевским, которого туркофил Лонгворт нарочно поставил лицом к лицу против хорошо сложенного т..
После столь удачного уподобления действий современных противников курения погромным подвигам кровожадного турка семнадцатого столетия Ник мог позволить себе удалиться, испытывая удовлетворение оттого, что ему удалось отбить у этой орды несколько дюймов территории. Не бог весть какой плацдарм, но в этой войне и его захват сходил за большую победу.
*
**
*Глава 1*
* Когда Ник вернулся к себе в контору, на лотке с биркой "Пока вас не было" его ожидала пухлая стопка розовых листков. Академия размещалась в одном из любопытнейших зданий К-стрит -- десятиэтажном, с атриумом посередке, в который выходили увитые плющом балконы. Общее впечатление оставалось словно бы от вывернутых наизнанку Висячих садов Вавилона. На первом этаже огромный неодекоклассический фонтан извергал и сразу же усмирял плещущий поток белого шума. Академия табачных исследований обосновалась в трех верхних этажах. Нику, занимавшему в АТИ -- или Академии, как по требованию БР обязаны были называть ее сотрудники, -- пост старшего вице-президента по связям с общественностью, полагался по чину внешний угловой офис, но он предпочел внутренний, и тоже угловой, потому что любил звук текущей воды. К тому же здесь он мог оставлять дверь открытой, чтобы сквозь нее выносило в портик табачный дым. Даже курильщикам следует заботиться о хорошей вентиляции. Он пролистал пачку розоватых узких листков, дожидавшихся его на стойке приемной. "Си-би-эс ждет нашей реакции на призыв ГВ запретить размещение рекламы табака вдоль шоссейных дорог". Эй-би-си, Эн-би-си, Си-эн-эн и т. д. и т. п. -- все они ждут того же, за исключением "Ю-Эс-Эй тудей", которому требуется наша реакция на завтрашнюю статью в "Медицинском журнале Новой Англии", содержащую заключение медицинской науки насчет того, что курение, помимо прочего, ведет к некоей "болезни Бюргера" -- расстройству системы кровообращения, чреватому ампутацией всех конечностей до единой. "Хоть бы раз, -- подумал Ник, -- вернуться в офис и обнаружить что-нибудь отличное от обвинений в новых жутких болезнях". -- Вам мать звонила, -- протягивая ему последний листок, сказала Морин, секретарша, ведающая приемом посетителей и ответами на звонки. -- Доброе утро, -- тут же прощебетала она в телефон, после чего выдохнула клуб дыма и закашлялась. То был не грациозный, прочищающий горло кашелек, но взревы легочного бульдозера. -- Академия -- агрр! -- табачных -- кхаа! -- исследований. Ник давно уже задавался вопросом: такой л и уж плюс для них телефонистка, не способная выговорить "алло" без бронхиальных судорог? Морин ему нравилась. Может быть, сказать ей, чтобы не кашляла в присутствии БР? За последние шесть месяцев у нас и так слетело немало голов. Теперь тут правил Мурад IV. Войдя в кабинет, Ник стянул с себя новую спортивную куртку от Пола Стюарта и повесил ее на дверь.
... Я куплю тебе лубков, Дам гороху и бобов". Тут Иван с печи слезает, Малахай свой надевает,
Хлеб за пазуху кладет, Караул держать идет. Поле все Иван обходит, Озираючись кругом, И садится под кустом; Звезды на небе считает Да краюшку уплетает.
Вдруг о полночь конь заржал... Караульщик наш привстал, Посмотрел под рукавицу И увидел кобылицу. Кобылица та была Вся, как зимний снег, бела, Грива в землю, золотая, В мелки кольца завитая. "Эхе-хе! так вот какой Наш воришко!.. Но, постой, Я шутить ведь, не умею, Разом сяду те на шею. Вишь, какая саранча!" И, минуту улуча, К кобылице подбегает, За волнистый хвост хватает И прыгнул к ней на хребет - Только задом наперед. Кобылица молодая, Очью бешено сверкая, Змеем голову свила И пустилась, как стрела. Вьется кругом над полями, Виснет пластью надо рвами, Мчится скоком по горам, Ходит дыбом по лесам, Хочет силой аль обманом, Лишь бы справиться с Иваном. Но Иван и сам не прост - Крепко держится за хвост.
Наконец она устала. "Ну, Иван, - ему сказала,- Коль умел ты усидеть, Так тебе мной и владеть. Дай мне место для покою Да ухаживай за мною Сколько смыслишь. Да смотри: По три утренни зари Выпущай меня на волю Погулять по чисту полю. По исходе же трех дней Двух рожу тебе коней - Да таких, каких поныне Не бывало и в помине; Да еще рожу конька Ростом только в три вершка, На спине с двумя горбами Да с аршинными ушами. Двух коней, коль хошь, продай, Но конька не отдавай Ни за пояс, ни за шапку, Ни за черную, слышь, бабку. На земле и под землей Он товарищ будет твой: Он зимой тебя согреет, Летом холодом обвеет, В голод хлебом угостит, В жажду медом напоит...
